Это возраст, когда у ребёнка включается кнопка «Я» — и сразу на полную громкость. «Я сам», «не хочу», «нет» — со стороны похоже на упрямство, а на деле это первая попытка быть отдельной личностью. В Пакитане с этим «я сам» никто не воюет — вокруг него и строится занятие: тренер не тащит «делать правильно», а даёт настоять на своём и посмотреть, что получилось.

🔸 Параллельно просыпается жадный интерес к устройству мира — ребёнка интересует яркое, липкое, колючее, шершавое, сладкое, и чем больше такого опыта, тем богаче потом картина мира. У нас для этого целый цирк снарядов и фактур, чтобы щупать, кидать и падать в контролируемых условиях — и всё это официально называется занятием.

Речь в этом возрасте рвётся вперёд — ребёнок тащит взрослого в диалог просьбами и вопросами. А с другими детьми пока не «вместе», а «рядом и с интересом подглядывая» — и это норма, а не повод для тревоги. Тренер это уважает: не сгоняет в хоровод, а даёт быть рядом в своём темпе.

Это возраст, когда у ребёнка включается кнопка «Я» — и сразу на полную громкость. «Я сам», «не хочу», «нет» — со стороны похоже на упрямство, а на деле это первая попытка быть отдельной личностью. В Пакитане с этим «я сам» никто не воюет — вокруг него и строится занятие: тренер не тащит «делать правильно», а даёт настоять на своём и посмотреть, что получилось.

🔸 Параллельно просыпается жадный интерес к устройству мира — ребёнка интересует яркое, липкое, колючее, шершавое, сладкое, и чем больше такого опыта, тем богаче потом картина мира. У нас для этого целый цирк снарядов и фактур, чтобы щупать, кидать и падать в контролируемых условиях — и всё это официально называется занятием.

Речь в этом возрасте рвётся вперёд — ребёнок тащит взрослого в диалог просьбами и вопросами. А с другими детьми пока не «вместе», а «рядом и с интересом подглядывая» — и это норма, а не повод для тревоги. Тренер это уважает: не сгоняет в хоровод, а даёт быть рядом в своём темпе.